10 Март 2015

Перемены

Автор 
Оцените материал
(0 голосов)

Медиа

Некоторых хлебом не корми — дай поплакать. Любое нервное потрясение вроде хама в магазине или срыва чрезмерно темпераментного начальника превращает таких людей в соленый водопад, и я даже не говорю про настоящие поводы для слез вроде ссоры с любимым человеком или падения голым боком на асфальт (было и такое). А вот я почти никогда всерьез не плачу. Мне не бывает настолько обидно, чтобы я разрыдалась, и я совершенно не умею плакать во время скандала, чтобы второму человеку стало стыдно, хотя очень хотела бы обладать этим полезным в жизни умением. Зато я не могу сдержать слезы, когда меня распирает радость из-за того, что добро победило: например, когда маленькие Гарри, Рон и Гермиона бегут к бородатому Хагриду и обхватывают его, насколько хватает рук, потому что Волан де Морт опять повержен, а учебный год в Хогвартсе закончился. Или когда у Евы получается починить ржавого Валли. Если слышите трогательную возвышенную музыку в финале фильма — знайте, где-то сижу я и обливаюсь умиленными слезами.

 

А еще я тихонечко реву, когда принимаю важные решения и меняю что-то в своей жизни. Мне очень легко привыкнуть к незаметным вещам, и когда приходит время с ними расстаться, это заставляет меня чувствовать себя абсолютно беспомощной. Я быстро привязываюсь к работе, к людям, даже к номерам в отелях, и мне до слез грустно расставаться с ними, потому что вычеркивать приходится не только конкретного человека и не только конкретные стены, но и громадную кучу связанных с ними воспоминаний. То есть надо вроде как смириться с тем, что как раньше уже не будет, даже если это «как раньше» мне во многом нравилось и делало меня счастливой. И я, кстати, до сих пор не уверена, что эти решения так уж нужны, если мне от них настолько плохо.

Их особо нечем оправдать, кроме сомнительного «надо двигаться дальше», как будто в этой призрачной дали все здорово и продают шампанское после одиннадцати. Но все равно рано или поздно приходится что-то решать, и вот тогда я плачу за все пропущенные поводы сразу.

 

На этих выходных я переехала. Без видимых на то причин собрала вещи в какое-то невозможное количество коробок и перевезла в новую квартиру, и мне совсем не было грустно. Было только радостное предвкушение чего-то нового и классного (с шампанским после одиннадцати, очевидно), потому что три года в квартире старой были абсолютно, наглухо перекрытыми, и мне больше не хотелось каждое утро видеть тот же самый потолок и тот же самый коридор. И когда через три дня бесконечных коробок мы в новой квартире сели пить вечером чай, я поняла, что ни по чему на свете не скучаю так же сильно, как по старому потолку и коридору. И по зеленому двору, похожему на двор моей бабушки, и по сильно пьющим продавщицам в плохом магазине около дома, и по виду на главное здание МГУ, которое торчало через пару километров от моего бывшего двора, если посмотреть направо.

 

Мне понадобилось три дня, чтобы понять, как много хорошего произошло за эти сумасшедшие три года. Это понимание свалилось на меня внезапно вчера в девять вечера, и мне показалось, что миллион маленьких Гарри Поттеров вдруг обняли миллион высоченных Хагридов, — так мне вдруг стало грустно. И я заплакала.

 

А через пару часов приехали ребята, и обнаружилось, что в новой квартире тоже можно зажигать свечи и сидеть вчетвером на полу, и переехала я метров на пятьсот от прежнего дома, и гастроном с круглосуточным ромом (вдруг он необходим) по-прежнему работает, просто идти до него теперь десять минут вместо пяти. Да, я пока чувствую себя кем-то вроде Джоли в «Подмене»: пытаюсь убедить себя, что это и есть мой дом, хотя чувствую себя в затянувшихся гостях, а в первые минуты утром я не понимаю, где проснулась. И я даже представить себе не могу, что должно произойти в этой новой квартире, чтобы я ее полюбила так же сильно, как старую, или даже сильнее. Но мне теперь почему-то хорошо и спокойно — может, потому что на улице тепло и весна, а может, потому что какие-то штуки и правда нужно иногда оставлять в прошлом.

 

В конце концов, главное — это люди, с которыми хочется сидеть на полу и мастерить невкусное мохито. А квартиру можно и поменять)

 

Анастасия

 

 

 

 

 

 

 

Тонкие укороченные джинсы, рубашка и пуховик (который можно носить под пальто) из новой джинсовой линии Uniqlo Denim

Раздел: Looks
Прочитано 1114 раз Последнее изменение Среда, 11 Март 2015 19:49
Социальные комментарии Cackle